• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Семья (список заголовков)
00:29 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Ах да.
Мальчик моей сестры сделал ей предложение! Дина выходит замуж! Ура!

@темы: реал, семья

21:21 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Я не могу заниматься дома.
Сегодня это особенно критично, потому что консерватория в честь поста закрылась неприлично рано, а экзамены - один послезавтра, другой через неделю с небольшим, а завтра очередной урок, а занималась я сегодня хорошо если час.
Я не могу заниматься дома, потому что фортепиано стоит в гостиной (нет, поставить его в мою комнату мама запрещает), и в той же гостиной на полу лежит мой младший брат и говорит, что у него болит голова. Ему пятнадцать лет, он тяжелее меня в три раза и выше на голову, и его не учили, что девочек бить нельзя. Хотя что это я, наверное, учили, но ему пофиг. Дело не в том, что я боюсь (хотя я боюсь), просто спокойно позаниматься, когда тебя бьют, довольно проблематично.
Так что я сижу в своей комнате с запертой дверью, каких-то полтора метра до места, где лежит мой брат, и слушаю Генделя на пределе громкости. Нет, ну а чего он в гостиной? Пусть идёт в мамину комнату, там тоже вентилятор и большая кровать вместо пола. А мама говорит, что если у бедного ребёнка болит голова, то надо войти в его положение.. вот я и.. на кровати ведь удобнее, нес па?
Проблема тут вот какая: Гендель, он.. не раздражает. Ну вот совсем. Ни капельки. Даже на фортиссимо и с вывернутыми до отказа колонками. Он весь такой певучий, мелодичный... Фонит разве что немного, а так - одно успокоение. То есть я допускаю, что брат мой не любит Генделя, но на стенку лезть от этого не станет, потому что никто не полезет на стенку от Генделя.
Бритни Спирс ему поставить, что ли?

P.S.
В это воскресенье были отчётные концерты выпускниц со степенью - одна флейта, один альт, две скрипки, два фортепиано. Разной степени уклюжести. В конце каждого, после цветов директриссе и преподавательнице српециальности, после благодарности Господу (а также сваливания на него всех ошибок ака "Господь направлял мою руку", как же), следует традиционная благодарность семье. Мол, без их поддержки.
Если я-таки закончу в этой консерватории (а я хочу смотаться в Академию через год), если я позову кого-нибудь из своих на концерт, что я буду говорить? Вопреки всем усилиям моей семьи..
Папа считает, что работа музыканта равноценна работе грузчика - как можно больше физической практики вкупе с отмиранием мозгов.
Мама считает, что это всё в любом случае фигня, а вот надо сдать математику наконец. Фортепиано стоило три тысячи, звука нет вообще, клавиши западают, и как апофеоз - играть на нём я могу время от времени когда мама дома. За весь год я занималась у себя раза четыре.
Я бы купила новое пианино сама, и поставила бы его к себе, но в моей комнате есть шкаф, кровать и письменный стол - и больше сюда ничего не влезет. Хотя я, наверное, могу выкинуть кровать.
Ах да, угадайте, кто платит за учёбу, проездные, дополнительные уроки, учебные материалы, а заодно покупает мне одежду и еду? А такжет кто регулярно слышит, что пора бы уже снять квартиру и уматывать, но желательно не очень далеко, а то кто же посидит с мальчиками, если мама соберётся за границу на недельку?
Иногда так хочется взять и уебать. Вот просто взять и уебать.

@темы: семья

01:11 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Господи, Господи, я заню, чего я хочу.
Я хочу научиться писать легко и без забот.
Я хочу развить виртуозную технику игры на фортепиано.
Я уже научилась импровизивизировать легко и без забот. С техникой это пойдёт ещё легче.
Вместо этого, Господи, я потеряла два листка с нотами инвенции. И завалила курс методики преподавания музыки в начальных классах школы. Какой-то ты злой нынче, Господи.
Мучаюсь над переводом псевдонаучного текста. Сценарий документальной короткометражки про ликантропию в Израиле: злое правительство, убийцы в белых халатах, несчастные юные солдатики, заболевшие после прививок. Сижу в Википедии. Одна страница есть, завтра надо доделать две оставшиеся. Ещё завтра надо идти на работу. Ещё появилась возможность устроиться в Поварского вожатой. Буду следить за моральным обликом юных провинциальных российских девочек. Прививать им нравственные устои ортодоксального общества. Попутно читая Гессе, занимаясь классической музыкой и наезжая в Тель Авив покурить и выпить.
В штаб-квартире в Хулоне жизнь бьёт ключом, вроде пока мимо головы. Динка скоро будет отмечать годовщину с Мелким. На Новый Год ей подарили новую кровать, её установили в этот вторник, и Мелкий тут же завалился на ней спать. Как я ни приду, он всегда спит. Кроме того, он подарил Моте свой старый ноут. В ноуте 150 гигов памяти, так что теперь Мотя тоже всё время спит, кроме как по ночам - по ночам он режется в разнообразные стрелялки и смотрит сериалы. Утром его с трудом выгоняют в школу, где он дрыхнет на уроках. Сегодня его злобно разбудили, он подрался и ушёл домой - доигрывать в свои стрелялки.
У Аськи новый-старый парень, её бессменный оператор, Миша. Крайне положительный молодой человек, по словам Аси - слишком положительный. Умный, красивый, в очках, и при этом приколист, пофигист и оператор, да. Я его никогда не видела. Зато его видела мама. Маме он понравился, да.
Сашенька тем временем бьётся над устройством своей личной жизни, пока безуспешно. То есть как безуспешно: это она писала сценарий, для того самого мальчика. И ещё она поёт, учится, работает и вообще красавица. Мальчик Сашенькой проникся, причём довольно давно, но всё не в этом смысле. Этого мальчика я видела, красивый. Умный, приколист, не оператор, без очков и далеко не положительный. Будущий графический дизайнер. За каким хреном ему снимать короткометражку - а чёрт его знает. Вопрос не ко мне, это к его профессорам. Зато у него мелирование. Может, он гей?
Кроме того, на штаб-квартире временно проживают ещё две прекрасные дамы: Кацевич с дочкой. Кацевич гуляет с кем-то по Тель Авиву, выбивает деньги из разнообразных организаций и ищет квартиру поблизости. Евка, которая дочка, ходит в младшую группу детсада, к Динке. В детсаду её закармливают и отсыпают. Евку я тоже не видела, только коляску.
Мои визиты в штаб всегда коротки и по делу: сначала был Динин др, потом чтение стихов Изюбрю (ей у нас понравилось, и хорошо). Там меня поют чаем, общают, используют в качестве отца-исповедника и пытаются устроить мне чего-нибудь с приходящими мальчиками. От мальчиков я отбрыкиваюсь: времени и так нет. Бетховен почти доработан, но только почти, с Моцартом та же фигня, экзамен по дуэту - меньше, чем через месяц. Да, где-то там очередной экзамен по математике, на которой я не пойду. И гаммы, гаммы...
Жизнь продолжается. Устаю всё больше. Людей вокруг всё меньше. Я исчерпала интернет, мне опять нужны реальные собеседники, но таких пока не наблюдается. Иногда мне хочется перебраться туда, на север: Хайфа, Цфат. Тель Авив, опять же. Куда-нибудь, где люди по улицам ходят. Но так я никогда не брошу курить, это во-первых, и времени будет ещё меньше, это во-вторых. Так я сижу тут. В Маале Адумим, это даже не Иерусалим. Печально.
Тем не менее, я счастлива. Настолько, что даже не знаю: куда, а главное зачем двигаться дальше?

@темы: реал, семья

21:13 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Пожалуйста, скажите мне, что у меня получится найти эту грёбаную работу. Даже несмотря на то, что полтора месяца поисков не увенчались успехом. Она мне нужна до зарезу, и я уже устала бегать по кафешкам и интересоваться, не нужен ли им кто.
Зато я увелечила скорость чтения по-английски и отсмотрела два российских кинофильма последних гг. Ничего так. Я уже устала обещать писать, но может быть - может быть - распишу поподробнее.
Мою любовь бросил муж. Я жду младшего братика, чтобы выгнать его на концерт и наконец позвонить ей. У меня есть почти полная пачка сигарет и бамбуковый муншдтук, и я собираюсь вытащить её в какой-нибудь бар - оказывать моральную поддержку. Будь у меня работа, квартира, пианино и образование, я б сама на ней женилась. Но без квартиры мне точно ничего не светит, а покупать колечко, надеясь на "а вдруг", мне банально не на что. Ничего, и это переживём. Не удивлюсь, если всё сегодняшнее безумие закончится моим замужеством. Правда, вокруг, как и положено, одни крокодилы... но "а вдруг" - оно не просто вводное, оно иногда случается. А вдруг Занят бросит свою девушку? Самое ужасное, я даже не могу сказать, что запуталась. Моя ролевая работает как часы, а значит, всё разложено по полочкам. Мне нужна работа на пол-ставки в удобное для меня время, мне нужно подучить математику и сдать её этой зимой, мне нужно хорошенько пахать следующие четыре года и получить первую степень, мне нужен муж (или жена) и время от времени целоваться. Хорошо, что мне хоть спать ни с кем не нужно. Время от времени.
С другой стороны, будь у меня квартира, работа, пианино и образование, я бы согласилась спать со своей любовью, раз уж ей это так нужно. Не спать со мной, а спать в принципе. Лишь бы она не вернулась к своей бывшей - во-первых, та встречается с Ч., а во-вторых, я её видеть не могу. Бывшая моей любви, Queen, наполовину марокканка, наполовину японка, с модельной внешностью и не без талантов, но дикая эгоистка и не любит меня. Я её тоже не терплю, но всё взаимно, а значит, без обид. Разве что мне нравятся все, кому нравится она; повезло, что мне нравятся и те, кто её не любит. А то пришлось бы задуматься насчёт латентного гомосексуализма, а мне работа нужна, а не разборки тараканов в собственной голове.
Братик на шахматах, скоро придёт. Он ходит на шахматы, на скрипку и ещё в какой-то там физико-матическо-химический кружок (три в одном, как кофе Aroma, единственный вкусный кофе за три рубля пятьдесят копеек, это до кризиса). Единственный правильный еврейский ребёнок в нашей семье. Правда, ему не хватает той самой древнееврейском тоски (тм), зато у меня её за двоих. Это вы меня ещё с распущёнными волосами не видели да на грани истерики. Впрочем, я всегда только на грани. Это потому что настоящих проблем нет, точно так же, как и работы. Вы простите, что я опять про работу. Папа говорит, что проблема выживания - была, есть и будет самой актуальной проблемой для живых организмов. Папа умный. У него математические мозги. Как у братика.
Папу я не видела уже около месяца. Праздники, у всех каникулы (одна я бегаю по Иерусалиму в поисках ещё неохваченных кафешек.. упс, ну вот опять), у него тоже. По средам стою на сломанной-но-не-отстроенной площади Давидки, у до-сих-пор-млять-не-построенной железной дороги, ровно в шесть тридцать, жду полчаса и иду гулять дальше. В прошлый раз он видел меня с распущенными (после поиска работы и на грани истерики) и объяснил, что приличные девушки так не ходят. Боюсь, если он когда-нибудь увидит меня в джинсах, он перестанет со мной разговаривать. Мама в этих вопросах более либеральна.
У меня очередной глобальный кризис всего. Слава Господу Б-гу нашему, Вседежателю, неписец, кажись, расписался.

@темы: семья, реал, моё

22:08 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Папа сегодня не пришёл, зато позвонил сам.
Говорят, вчера-сегодня была проба, а вот завтра коллайдер запустят по-настоящему. Господи, прекратил бы Ты всё это, а?

@темы: семья

23:51 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
В нашей квартире три комнаты (совсем маленькая - моя, побольше – мамина, и ещё побольше - мальчиков), маленький пятачок между ними и салоно-кухня. Это салон и кухня без стенки между ними. В салоно-кухне по вечерам раньше тусовались все; с тех пор, как у меня в комнате стоит ноут, лично я тусуюсь в своей комнате. В гордом одиночестве. В салоно-кухне около домашнего компьютера мальчики составляют химические реакции. Некоторые уже выучила даже я, например: «Лёва, дай мне Тревиан» - «Чего? Опять тебе Тревиан? Ну ладно, бери». Это – реакция мирная. Другой пример: «Мотя, слезь с моего стула!» - «Это не твой стул!» (звук удара, вопли, звук падающего стула, вопли, вопли). Это – сами понимаете…
В трёх комнатах живут четыре человека (две собаки, две кошки). Мама, я и братики, 13 и 10. Даже когда я рассказываю одноклассницам о том, сколько у меня братьев и сестёр, я всегда говорю: со мной живут два брата, 13 и 10. Просто «два брата» даёт явно недостаточное представление о домашней обстановке. Возраст играет немалую роль. Вот у папы дома живут четверо мелких. Вслушайтесь в разницу: не две сестры и два брата, семь и полтора, пять и три, а четверо мелких. И сразу всё ясно. Но тут – тут две отдельные личности, индивидуальности. 13 и 10, и никак иначе.
Тринадцать Моте. Он всё ещё ниже меня, но уже ненадолго, и у него уже гораздо больше нога и шире плечи. А сильнее меня он был и года два назад, хотя до сих пор это яростно отрицает, особенно когда надо носить полотенца в клинику и обратно или сумки из магазина. Мотя в восьмом классе, у него дислексия, переходный возраст и проблемы с учёбой. Ему всё даётся труднее, чем нам, его братикам и сестричкам, а хочет он всего и сразу. Если всего и сразу не получается, он начинает орать и швыряться предметами относительной тяжести, вроде книжек, которых у нас везде полно. Он ходит к репетиторам по английскому и математике, репетиторы его хвалят, Мотя их ненавидит. Мотя периодически любит готовить и окружающих, последнее редко. Ещё он постоянно ругается матом, как маленький ребёнок. Даже Лёва так не ругается, но о нём мы потом поговорим. Моте, кажется, доставляет удовольствие просто произносить слово «хуй», причём чем больше, тем лучше. Но это не самая худшая его черта. Он очень любит издеваться над всеми. Орать на маму, доводить Лёву… он бы пытался довести меня, но у меня иммунитет: лет в тринадцать я перестала обращать внимание на то, что он говорит. Тогда же приобрела умение выходить из комнаты на середине чужой гадкой фразы, не демонстративно, а так, будто ничего и не говорится вовсе. Но меня мы обсуждали весь дневник. Я – я лично – готова прирезать его кухонным ножом (при условии, что мне ничего за это не будет), когда слышу, как он целенаправленно и планомерно доводит Лёву до истерики. Бьёт он редко, но виртуозно говорит мерзости. И улыбается. В этом году мы поняли, что иногда вполне можем жить бок о бок. Для этого нужно как можно меньше попадаться друг другу на глаза.
Десять Лёве. Лёва нытик и подлиза. Он может сказать вам: «Как вы хорошо рисуете!», а через полминуты вашему товарищу: «Да, вы рисуете куда лучше Эн (Эн – это вы), а вот Эн сказал.. но я ему никогда не верил!». У Лёвы абсолютный слух, и он учится играть на скрипке. Нет ничего хуже, чем вести Лёву на урок. «Я уста-ал… я не могу-у так бы-ыстро… я хочу пи-ить… я хочу есть… мне тяжело-о…» И с надрывом, в качестве контрольного в голову: «Зачем мне вообще нужна эта скрипка!». Тут я с ним согласна, но спорю с ним из чистой мстительности: а никому не нравится, когда десять минут подряд ноют над ухом. Чудовищно: всего десять минут от дома до Греты, его учительницы по скрипке, и хоть раз он прошёл бы их тихо! Но нет, Лёва тихо не умеет. В неудачных химических реакциях именно он отвечает за многочисленные вопли. Стоит на него замахнуться, и он уже орёт. Если мама дома, то она тоже орёт из комнаты: «Не трогайте ребёнка!». Поэтому замахиваются на него обычно когда мамы рядом нет. При этом он постоянно нарывается, и хотя обеими руками держится за статус младшего (это тот, кто не моет даже посуду), всё время требует себе тех же привилегий. Угадайте, что он сказал, увидев мой ноут. Правильно: «А почему мне такой не подарили?!». Его аргумент на все случаи жизни: «Если тебе можно… [сидеть до трёх за компом, пить молоко чашками, слушать музыку, когда они играют на компьютере], то почему мне нельзя?». Зато он добрый и уступчивый. Сделает почти всё, что ни попросишь; конечно, в определённых рамках. Например, принесёт телефонную трубку из кухни, но мусор выкидывать не пойдёт. Иногда с ним можно неплохо поиграть, хотя играть с ним, например, в шахматы, довольно противно: он злорадствует каждому неудачному ходу противника, и дуется, когда проигрывает. С ним можно нормально поговорить. В общем, он куда более оптимален в роли младшего брата, чем Мотя; наверное, поэтому ему больше достаётся. Он очень умный и очень драчливый. Когда маму вызывают в школе, ей говорят: «Хотя ваш ребёнок по прежнему первый ученик в классе..». Десять лет – это ещё ничего, это ещё жить можно. Когда ему будет тринадцать, мне будет двадцать, и я уже буду почти замужем, так что его переходный возраст мне терпеть не придётся.
И ещё одна важнейшая деталь: они оба шире меня в талии раза в три. Без этого их просто невозможно себе представить. Волосы шапкой на голове, симпатичные личики и огромные животы. Два Толстяка. Я могу сколько угодно переживать, что я худая не настолько, насколько мне бы хотелось, но с ними перед глазами я не могу считать себя толстой. В этом заключается их основная польза для общества.
Мальчики – они хорошие. Они монстры, конечно, это есть. Но они – мои младшие братья. Помните Барто?
«Я свою сестрёнку Лиду
Никому не дам в обиду..»
Вот это про меня, да. Они – мои младшие братья, и я их люблю. Одно это делает их замечательными.
Но слава Тебе, Господи, что я – старшая сестра, а не брат, и мне не приходится жить с ними в одной комнате.

@темы: семья

12:52 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Сегодня под утро мне приснился папа.
Мне приснилось, что я лежу с температурой - сплю, и мне ужасно жарко и одновременно ужасно холодно. А он заходит, укрывает меня одеялом, и ещё пледом поверх (я знаю, как это чувствуется), и объясняет маме, что у нас температура, и мы болеем, и что есть вещи, которые в таком состоянии делать просто глупоти, вроде мультиков - это, говорит, у него дома такая проблема, с мелкими. Вполголоса объясняет, чтобы не разбудить.
Я глаза открыла, чтобы его увидеть.
А его нет.
И это, дети мои, финиш.

@темы: моё, реал, семья, тоска

15:44 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Сколько себя помню, у нас всегда дома какие-то животные. Много. Если собака одна, то обязательно несколько кошек, но обычно и тех, и других хватает. И сколько я себя помню, постоянно от них какие-то проблемы.
Собаки громко лают, когда под дверью кто-то ходит, или когда в доме кто-то орёт, или когда рядом с ними бегают. Последний вариант - вообще сказка: стоит сделать резкое движение, как собака немедленно вскидывается, а старшие немедленно орут "Не нервируй собаку!". Ага, тут ещё вопрос, кто кого нервирует. Ещё с собаками надо гулять - я гуляла с собакой лет с девяти, причём сначала на парфорсе, потому что собаки у нас всегда были огроменные (кроме бульдожки, но она довольно поздно появилась). Для того, чтобы удержать рувущуюся собаку, нужно сильно натягивать поводок, а если она в строгом ошейнике, то зубья впиваются в шею. Мне их жалко было ужасно. А не удержишь - сразу истории: того порвала, этого. У нас только Динарка спокойная была, мы с ней рядом вокруг дома ходили. У нас дома сдвоенные, тридцать третий и тридцать пятый примыкают друг к другу углом, но без зазора, там такой вроде треугольничек между ними. Огромные. Ну вот мы вдвоём и обходили. По газонам, по всему. Мне тогда как раз лет девять-десять было. Она почти никогда не рвалась с поводка. Овчарка, взрослая уже, и пуганная какая-то. Она меня любила; тогда Аська в Израиле была, практически только я с ней и гуляла, ну, кроме мамы. Хотя она меня тоже протащила пару раз по асфальту, конечно. Ещё поводки у нас удобные были, длиннющие, из какой-то плотной шероховатой материи, тёмно-жёлтый и тёмно-зелёный. Оба завязаны-первезаны: и грызли их, и мы просто так узлы вязали, чтобы руки не скользили. Это потом у нас уже цепочки появились, но с ними тоже свои истории: их на руку намотать нельзя, эта сволочь рванётся, от руки ничего не останется. Ну а самое ужасное, конечно, это когда ты приходишь домой в шесть после школы (или в девять, если ещё и музыкалка), усталая как чёрт - шутка ли, каждый день с пол девятого и до пяти, а мама утром не успела с собакой выскочить, попросила старших, ну а им - вломы. Мальчики, конечно, дома были, увидели, что творится, рюкзаки в коридоре бросили и на улицу. Девочки тоже на это способны, да и я, конечно, но мне страшновато, сейчас все придут, и все шишки на меня, как всегда. И вообще я на улице не очень любила тогда находиться, у нас около дома двор был огромный, там всегда люди, а я не умела строить дворовые отношения. Ка-ак меня там однажды головой о столбик приложили! А потом Аська привела тех, кто приложил, к нам домой, и предложила мне с ними подружиться. Но это уже другая история (для справки: нет, не подружились, я что, псих, что ли?). Ну вот и идёшь, убираешь. Потом до ночи сидишь с книжкой и наушниками в ушах, пока свет не вырубают. Никаких домашних заданий, готовить тоже ни сил, ни желания, ждёшь, что кто-нибудь придёт, кто-нибудь, ясное дело, приходит... В общем, лучше в комнате. Особенно в те периоды, когда кровать наверху была.
Кошки - это ещё хуже. Они громко и гнусаво мяукают, март, не март, им пофиг, они биолгии не знают. Они царапются и кусаются (у меня от нашей сиамской прелести шрам на губе). Они нежно и преданно любят моих страших сестёр, а меня терпеть не могут, что, в общем, взаимно. Ещё они громко и публично, пардон, трахаются. Обычно на кухне. А потом приносят мелких котят, и обязательно на моей кровати. Но нет, котята - это, конечно, лапочки и солнышки, если б только они не любили бы моих старших сестёр так же нежно и преданно, как их родители.
У нас с папой взаимная любовь с собаками, несмотря ни на что. Потому что они такие ушастые, клыкастые, бегают. Собаки меня любят. У папы, правда, и с кошками хорошие отношения, а я хоть и могу гладить, но всё равно не люблю. А папины кошки меня недолюбливают, все погловно.
Но это всё не главное. С этим всем можно жить, если привык с детства. Собаки - они хорошие. Я помню, у нас как-то жила дворняжка, Альма, Аля. Она к нам приходила время от времени ночевать. Мы с ней гуляли. Она однажды принесла щенков, и единственного, который был на неё похож, мы назвали Алёшей. Всех продали, конечно. А когда мне было три года, у нас была Варя, дог, она убежала. Мы с ней разговаривали. Я её говорила: "Вайя, сидеть! Сидеть, Вайя!". Она садилась, а я, которая даже стоя была ниже, чем она сидя, заявляла: "Умница, моя майенькая девочка...". Это всё здорово, конечно. Только два аспекта.
Никого нельзя привести. Совсем никого. Аська таскала каких-то друзей со двора, в нашу комнату, и закрывала дверь. Динка кого-то приводила, но сильно потом, в десятых классах уже. Но они обе страрались с друзьями встречаться либо у них, либо у деда на квартире. А у меня все подружки мелкие, трпетные девочки, которых приводят родители. Точнее, не приводят. Я из-за этого перестала устраивать себе дни рождения. Даже сюда, уже в Израиле, я только пару раз приводила человека.
И второе. Никогда - никогда - никогда нельзя остаться одному. Тебе так плохо, что уже невозможно терпеть, ходишь по дому, натыкаясь на углы, а за тобой, сохраняя дистанцию, плетётся собачатина. Ты её видеть не хочешь, а она плетётся, и носом тыкается в ладонь. И сопит. И от этого с ума сходишь.
Это была одна из основных причин, по которым я уходила из дома. Вежливо уходила, дверью не хлопала, но капитально. Аж два раза подряд. Это сейчас я у папы живу (номинально), так всё никак уйти не могу толком. А в общежития - ну, тут я ещё ездила в гости, и маме звонила почти каждый вечер. А в Москве я сестёр месяцами не видела, хоть мы тогда и жили в одном городе, и отнюдь не страдала.
Животные - они, конечно, живые, и "у человека должна быть собака", знаю я это всё. Но я лучше буду стоически переживать отсутствие животинки под боком, чем возьмусь делить с ней кров и стол.

А мама домой сейчас принесла галчонка. Его кошка потрепала, сломала лапу и выдернула перья из хвоста. Он сначала ел ничего себе, рот разевал и крякал, а теперь дохнет. Я его сегодня кормила. И разговаривала. Как с детьми: "Птиц, птиц, ну ты поесть должен. И попить. Ну чего ты, птиц. На, ешь". Он такой весь бедный и несчастный, безучастный ко вему, даже глотать не хочет. Славный.
Мама была бы довольна, наверное.

@темы: реал, семья

23:08 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
В этом году я внезапно ощутила, что это - осознать.

Почти год назад я осознала, что папа одобрит всё, что я сделаю. На то, чтобы свыкнуться с этим, я потратила пару месяцев.
Потом я поняла, что нет, не одобрит - просто не обратит внимания. Не то чтобы ему всё равно, не совсем; но он не будет пытаться как-то на меня влиять. Это было почему-то лестно, и это меня обезапасило. Свыкнуться с этим было просто. Если не учитывать, что я не очень-то этому доверяю.
И наконец, где-то полторы недели назад я осознала, что папа любит меня далеко не также сильно, как я - его. Свыкаюсь.

Эта чёртова жизнь становится всё хуже и хуже.

@музыка: The Black Eyedpeas - Apl song

@темы: семья

14:54 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Я вымыла пол в салоне. Сейчас ещё немного посижу, пойду мыть коридор, потом кухню. Комнаты - в последнюю очередь. Когда придут дети, надо будет покормить их картошкой. Отметим этот знаменательный день - день взваливания на плечи части общей работы!
Вчера был экзамен по биологии. В воскресенье был письменный по русскому. Завтра контрольная по математике, последняя из трёх. На следующей неделе контрольная по литературе. Одни контрольные. Но я пока держусь, читаю Робин Хобб и пью молоко.
Со злобной идеей ничего не вышло, но это пока. Может, созрею... но это надо много работать, что-то очень уж объёмный замысел получился.
Зато есть другая мысль, и она-то уже на половину сделана. Осталась доработка, оформление и приобретение сканера. Шутка. На самом деле сканер есть в библиотеке Маале Адумим.
От тяжёлого физического труда (тм) немного болят руки. Но всё лучше, чем...

@темы: реал, семья

23:50 

Очередное.

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Если ты плюнешь на коллектив, коллектив не заметит. Если коллектив плюнет на тебя, ты захлебнёшься. Прописная истина. Проблема советского коллектива была в чрезмерной близости, в нахальном лишении личного пространства. Проблема коллектива отдельно взятой семьи была, есть и будет в том, что эта близость - неизбежна. От неё никуда не деться. В семье есть крики, обиды и ругательства матом. В семье нет вежливых улыбок, только возможность от них отдохнуть. Если приходится улыбаться двадцать четыре часа в сутки, семь - нет, не семь, пять, спасибо маминым ночным дежурствам, - дней в неделю, то скулы онемеют и атрофируются. Автобусов не хватает. Как бы и что бы ни было, в семье ты дома. Когда ты не дома - ты в гостях. Сколько времени человек может прожить в гостях? Нет, его не выгоняют; да, он может как-то оотрабатывать своё сущестование; да, у него есть некоторые права; нет, он не дома. Ещё раз. Нет, не дома. Дома тоже плохо, но по-другому. Кроме того, дома есть своя комната и призрачная возможность "поговорить по душам" с мамой. В гостях должно быть хорошо, но, к сожалению, в ситцуации серединка-наполовинку "хорошо" остаётся в другой половине. В этой - отмирает со временем, а время уже прошло. Месяц? Около того.
Как сделать свой дом из чужого? Чем для этого придётся пожертвовать? Слишком много в активе такого, чем жертвовать нельзя. Слишком я собой дорожу, чтобы некие изменения могли бы мне компенсировать всякие вещи, как-то: личную свободу, непризнание чужого авторитета... Я - мамин ребёнок, и больше ничей. И больше ничьим не буду. Даже папиным. И дело не в том, что не смогу - я-то смогу. Я не захочу. Хорошо; что ещё? Сделать общие цели своими? то, что я вижу как "общие цели", мне не подходит. Любить и принимать как оно есть? а дома - как оно?
Я перестала понимать, что является причиной. Я не знаю, какие права есть у старшего ребёнка; я не знаю, какая еда на шабат, а какая на будний день; я не знаю, кто хозяйка здесь, в маминой квартире. Я не знаю, сколько ещё свободы мне нужно.
Я не знаю, когда я надоем папе.
Я не знаю, смогу ли я прожить там ещё шесть месяцев и десять дней.
Я не знаю, смогу ли я уехать оттуда, прожив там больше полугода.
Я не знаю, кем я буду тогда.
Чёрт возьми, может, к тому времени я уже вообще умру. Как там говорил Воланд в "Мастере и Маргарите"? Как можно что-то планировать. Знай, что тебя любят, и довольствуйся этим. Люби себя сам. Я - чужеродный элемент. Это только моя вина, больше того, это только моё желание. Я редко это признаю, но это так. Очень много во мне, очень много вокруг меня - это всё я, я это делаю. Но не всё до конца. Во мне много от папы, я боюсь меняться и менять, я не могу не метаться, но я - как механизм в хронометре; качается только маятник, я же горизонтальна. Но что-то точит, точит... Всё замерло, но что-то происходит внутри меня.
Я хочу стать лучше. Несмотря ни на что.
Я не умею вписываться. Нет, неправда, умею - но только во внешний коллектив. Мне нужно, чтобы все были чужие. Я не могу быть единственной папиной дочкой среди лейкиных детей, особенно когда я - мамин ребёнок. Господи, я даже не знаю, правда ли, что я ненавижу детей. Надо уметь молчать, а я срываюсь. Надо научиться казаться младше себя, или хотя бы своего возраста, но при этом побольше делать. Надо, чтобы на меня можно было положиться, но я не была бы политическим конкурентом. Надо перестать высказывать своё мнение, отличное от мнения взрослых. Надо кивать, качать головой и подставлять плечо. Я ведь могу, и это даже не требует откзываться от чего-то внутри меня.
От этого будет проще. Будет легче. Может, добрее. Но по-прежнему в гостях.
Я не знаю, что с этим делать. Я ведь хотела их изменить. Я хотела научить Нехамку читать. Я хотела любить мелких, не наказывать их, не читать им нотации - но я же не Макаренко, в конце концов...
Главное, что я не знаю, что значит - дома. Я не могу это объяснить, даже себе. И я не уверена, что хотела бы, что дома было "у папы", а не дома.

@темы: мысли вслух, семья

01:45 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Кошмар-ужас, много-много дней, а я не то что не писала, но даже и не появлялась. Теперь надо срочно читать хотя бы Цыцу и Аликс, и хоть одним глазком пробежать Эльсу (срочно! гадина я, людей бросаю), а у нас на часах половина первого, а завтра вставать, идти в школу пораньше и делать английский до урока собственно английского, а первый экзамен - через две недели, биология, внутренний экзамен, а через неделю - инфроматика, и дальше, дальше...
Я живу у папы. Уже неделю с лишним. Сегодня Авром мне сообщил, что ему "мама сказала, что ты (я, то есть) будешь жить у нас всю жизнь". А я его стукнула. Позже, правда, и не за это.
Всю жизнь, наверное, не буду, но до нашего переезда - мамыдомного - ещё восемь месяцев, и это время вполен можно прожить в одной комнате на двоих, с компьютером, на котором работает папа, с Хайкой, у которой стигматит и режутся зубки... а про Лейку я ещё подумаю. Вообще, довольно тяжело общаться с человеком, если у вас разные взгляды абсолютно на всё мало-мальски глобальное. От "что читать" и "чем кормить детей" и до "сколько часов в день нужно играть гаммы, чтобы играть их хорошо". Она считает, что три.
Я дочитала Лазарчука, подивилась очередной политике, ещё раз поразмышлла о критериях "большелитературности" и "элитолитературности" и села перечитывать Алмазова (сборник "Белый шиповник", сиречь "Самый красивый конь", "Деревянное царство" и т.п.).
Да, сегодня своими глазами увидела, почему у папы диплом физтеха. Он решил мне пример (то есть объяснил, почему моё решение закончено и правильно), просто поглядев на него. Ни вспоминать тему, ни слушать мои объяснения про принципы решения задач на индукцию ему не понадобилось.
Сумбурно и опять про школу. Глаза слипаются. Занимаюсь с Нехамкой чтением, если всё будет хорошо, когда я уеду, она будет читать про себя взрослые книги. А я обрету "хороший характер!".

@темы: реал, семья

19:44 

Переводы.

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Их намного меньше).
Это, чтоб вы знали, мамин перевод. Он уже знаменит и народен).

Партизанская песня
Не говори, что это наш последний путь —
Ведь это просто облака закрыли свет,
Но день, которого мы ждем, еще придет
И прозвучат шаги во тьме, как наш привет.

От края пальм и до заснеженных вершин,
Через страдания и боль — мы снова здесь!
Взгляни, каким лилась потоком наша кровь,
Но тем мощнее будут всходы и сильней!

Взойдет заря, свет озарит весь наш народ,
А враг растает во вчера, как будто тень.
Но если даже запоздает дня приход,
Мы сыновьям в залог оставим эту песнь.

Ее, написанную кровью и свинцом,
И не похожую на песни вольных птиц,
Ее средь рушащихся стен запел народ
И подпевали ей наганы из бойниц.

Коль так, не пой, что это наш последний путь,
Ведь это просто облака закрыли свет,
Но день, которого мы ждем, еще придет
И прозвучат шаги во тьме как наш привет!

Йегуда Атлас
Из книги "Этот мальчик — тоже я"

читать дальше

@темы: тексты, семья, чужое

19:41 

Стихи.

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Хоть я уже не я, но всё-таки я выложу и стребую от вас комментарии. Много, и про каждое.
Это, конечно, сущее нахальство, и стихов там много-много, но мне всё равно хочется.

мамины стихи

А это шутка). Это моему папе, и я думаю, довольно давно. Вот вы посмотрите, а я пойду Дорьке покажу, мне кажется, её порадует.

Сонет для Сашки
Быть женатым на мне - это, верно, большое несчастье
Точно в гору каменья таскать и таскать без конца
И весною и осенью, в слякоть, в жару и в ненастье
Отдыхать на ходу, капли пота стирая с лица.
Быть женатым на мне -это мука без края и срока
Точно, с поезда спрыгнув, брести и брести наугад.
Сознавая с тоскою, что мне все равно одиноко
Принимая башкой предназначенный мне камнепад.
И что можно сказать об этакой судьбе
В словах не описать, что выпало тебе...
Фонарь всю ночь опять мигает на столбе
И тени прыгают в окно, как в водоем.
И что тебе в сочувствии моем?
Вот-вот наступит день, где мы вдвоем.

@темы: семья, чужое

18:48 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Я у папы дома - с позавчера и до середины воскресенья.

Помогла поставить и не провалить четыре самолётных скетча. Закупила всякой фигни на много мишлоах-манотов. Дочитала третью книгу "Очарованной души", умудрилась не очароваться. Папа не любит романтизм, а мне нравится Ромен Роллан и я в полном восторге от Андерсена. Ромен Роллан мне как-то симпатичен и временами даже забавен. Я люблю людей, которые так искренне увлекаются тем, что пишут. И мыслей там побольше, чем у Еськова - оно и понятно, прошлый век, там люди скучали и заблуждались, ага. Мысли разные. Кажется, сетевой опыт очень хорошо помогает не доверять написанному. Когда долго общаешься исключительно в интернете, пропадает ощущение отсуствия человека за буквами. А спорить любят все, особенно подростки. Это наша основная специальность.
Вассерштейн ужасно хочет засунуть меня обратон в мидрашу. Я не хочу. Долго объяснять, почему, я как-нибудь потом расскажу. Главное, что она об этом вспоминает, как только меня видит. Придётся постараться не попадаться ей на глаза в ближайший месяц. Вроде-как каникулы этому очень способствуют.
Мы купили квартиру. Осталось подписать контракт в присутствии адвокатов, и тогда она уж точно наша. Пока что мы волнуемся - мама больше, чем я. Мне практически всё равно, я же вряд ли долго там проживу. Все старшие, кроме мамы, остаются не у дел. Аська - в тель-авивском общежитии, я - непонятно где, сегодня здесь, а завтра там, у Дины есть однокомнатная московская квартира на Пражской, с евроремнтом и т.п., которая вроде всехняя, но Дина-то рвётся сюда, и зачем ей? Уеду в Москву, были бы деньги.
По-моему, здесь не только я боюсь. С каждым годом проявляется всё больше и больше проблем. Как дракон над Киев-градом.

@темы: реал, семья

22:58 

Тьфу-тьфу-тьфу...

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
..через левое плечо. И постучать по дерево.
Новости - в вечер будущей среды.

@темы: реал, семья

13:54 

С моим возвращением!

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Я наплевала на всё и таки подключила (в смысле, запрягла брата) другую клавиатуру. На ней не печатаются три буквы, но это гораздо лучше, чем когда печатаются все и сразу. Эти три - , и . После того, как всё допишу, буду бегать с мышкой, копируя и вствавляя). В данном случае, это можно делать не параллельно.
Аня, здравствуй тебе, проснувшейся от долгого молчания! Что такое туроколледж и что в нём хорошего? Не считая Америки, конечно, что само по себе - аргумент весомый, но для людей, любящих учиться... хмм.
Главные новости: мама приезжает 19-ого! Эта дата за последнюю неделю менялась раза три. Говорили, что мама прилетит 26-ого; говорили, что мама прилетит 3-его, сразу после выборов, а Ася 19-ого и привезёт нам добавочных денег; говорили, что мама прилетит, поспит и улетит обратно со всякими-разными документами. В результате мама прилетает 19-ого, как я уже сказала.. а теперь посмотрите на дату поста. Угу, мама прилетает сегодня. Ночью. А я как раз сейчас занята генеральной уборкой, которую мне делать влом. Скоро должен прийти Лёвчик из школы и мне помочь. У нас дождь со снегом (не пополам, ибо снега тут примерно один процент от общей массы воды), автобусов нет, я сижу дома и замерзаю. Дочитала Перекрёсток (качество сублимации выше, чем у Толстого; либо я аномальна, либо уровень литературы измеряется не в этом), читаю некоего... так, секунду, я посмотрю.. Саймона Грина. Ничего так, но несколько однообразно, быстро приедается. Ходют люди, чего-то ищют, с кем-то дерутся, типичная стрелялка.
Много чего глубокомысленного в голове, но это всё сильно перебьёт настрой поста, а он такой славный, придурковато-безмятежный... я вынесу его в эпиграф и буду предъявлять всяким субъектам, заявляющим, что у меня затяжная депрессия. У меня нет ничего подобного! Ффсё.

@темы: реал, семья

17:25 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Эх, надо было ловить тот самый момент очень солнечного настроения. Но мы и без него рискнём).

Да, сразу, чтоб не забыть: оценки отличные, всё сдано в срок, завтра математика, к которой я готова, но всё равно держите кулачки. В программе последние судорожные решения задачек, в перспективе уроки фортепиано и, возможно, французского - всё по правилам. Одежда в стирке, посуда в раковине, макароны на плите. Я у компьютера. Новости, да будет благославенно Имя Его, всё ещё где-то далеко.
Это было вступление. Сейчас по всем законам жанра мне следовало бы начать растекаться мыслью по древу, но я не могу придумать достойный предлог - так же, как на лекциях не могу подыскать достойных вопросов, кроме, разумеется, одного: правда ли, что человеку нечего спросить только если он ничего не делает? Чтобы вы не беспокоились, я вам сама скажу: нет, неправда. Больше того, неправда, что у него нет вопросов, но это уже отдельная тема. Плюнуть, что ли, на жанр, и рассказать про запах сигарет на балконе и бычки за оконной решёткой? Или про дожди ночью и плотный туман по утрам? Чёрт, мне бы фотоаппарат, это ведь самое настоящее чудо, молочные реки, кисельные берега, только вместо рек - озеро, туманное озеро в горной долине... прямо за автобусной остановкой. Если ехать на автобусе из Иерусалима в Бейт-Шемеш, то из правого окна ничего не видно, кроме тумана, будто к окну приложили лист мятого ватмана. И провода поверху в качестве неумелой графики. Моей, соответственно. Туман же мой.
Что я буду делать, если больше не смогу ходить? Я же не смогу не ходить, я сойду с ума - то есть, ум сойдёт, или даже сбежит, мысли-картинки, слишком быстро. Если не идти, за ними не успеваешь. И ещё, когда идёшь, они успокаиваются. Как выкурить сигарету. Папа мне рассказывал, что действие сигареты - это не только никотин, это ещё и размеренное движение, вот они и двигаются в моей голове. Или я двигаюсь. Интересно, секс тоже успокаивает? Там ещё некоторое истощение, так что на беспокойство просто не остаётся сил. Нет, ходить - это по другому, ходить - это стихия, это как дышать.
Кажется, потихоньку прихожу в норму. Несколько дней назад (неделю назад? не может быть!) набрела во время прогулки на русский книжный. Книжек хороших почти нет, зато есть Камша и энный том Хроник Амбера (не первый). Может, буду читать, может, не буду к нему приближаться. Важно, что что-то шевелится. Может, всё ещё будет. По крайней мере, ничто не атрофировалась, и можно рассчитывать на самостоятельный рост, независящий от чужих слов. Но центральной мысли как не было, так и нет, писать не о чем, незачем и нечего. Зато уже можно с уверенностью сказать: "Далэ будэ..". Почти. Нет, я просто осторожна.
Отписалась от людей. Это хорошо. Не то, что я от кого-то отписалась, а то, что я, во-первых, отписалась от людей, а не от "деятелей фандома", "участников того самого скандала" (какого? а я почём знаю), и во-вторых, я сделала это правильно. Я отписалась только от тех, кто был мне абсолютно, совершенно неинтересен, с которым меня ничего не связывало. Я ничего не чувствовала, когда отписывалась, и зуб даю, эти люди тоже ничего не почувствуют, когда увидят, что я отписалась. Храм уже разрушен, мы только поставили точку. Я сделала это тихо.
Анит, оставлю смс-ку, как только будут деньги на телефоне, обещаю. Твой номер сохранён в моей памяти.
Что-то вроде всё в порядке, но меня не оставляет трагический пафос (это глюк, или он правда есть?). Чтобы подвести окончательную черту: меня таки достали отсоединяющиеся проводки в наушниках!

@темы: дайричное, мысли вслух, реал, семья

23:47 

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Я переезжаю в общежитие.
И я, чёрт побери, не имею ни малейшего понятия, как я смогу сказать это маме.

@темы: реал, семья, школа

20:36 

Шабаты у папы.

Юность рука об руку с сенсорной депривацией.
Начинается всё с того, что я понимаю: надо что-то есть, по крайней мере раз в неделю. Или я вспоминаю, что уже давно не виделась с папой, а у него дома Лазарчук, кресло и мелкие. Или я наконец-то прождала три недели, скрипя зубами выдержав внеочередную поездку Моти к папе, сорвавшую все мои планы. Или я... в общем, вариантов может быть много. Все они сводятся к тому, что я поднимаю трубку, набираю знакомый номер, смущённо посапываю в телефон и спрашиваю: "А это... к вам можно на эту субботу?" Не припомню, чтобы мне ответили "нет". Точнее, ответила - разговариваю я всегда с Лейкой. Папа бывает дома между семью и половиной восьмого, или уже в половину двеннадцатого; первое время я банально пропускаю, а во второе звонить стесняюсь. Но это не страшно, у нас с Лейкой неплохие отношения, так что можно и с ней). Итак, услышав обычное "да, конечно!", я плетусь к маме и сообщаю, что вот, на шабат я у папы. "Хорошо", говорит мама. "Ага", соглашаюсь я. "Только мне нужна карточка".
Денег у нас нет. Их у нас нет никогда. Но когда очень нужно, то они находятся. В основном. Больше всего я ненавижу ситуации, когда нужно просить деньги у папы. Было это раза три. В первый раз я позвонила папе уже после того, как мы договорились, и сказала ему (а тогда я говорила именно с ним), что приехать не могу, потому что денег нет. Папа со мной встретился в Иерусалиме и деньги передал. Попутно я выяснила, что сто долларов, которые он даёт маме каждый месяц, и есть деньги на проезд до Бейт-Шемеша. Я впечатлилась. Второй раз был тогда, когда мама была в Москве и сдавала экзамены. У нас кончались оставленные деньги, и я была в панике, а так как кроме папы у меня здесь близких нет, то я позвонила ему.Он обещал помочь. Я приехала к нему на шабат, а когда мы уже стояли на остановке - он меня провожал - собралась с духом и выдавила что-то насчёт того, что он обещал помочь... Надо было видеть, как он на меня посмотрел. И не то что ему жалко, нет, Б-же упаси. Он не понял, почему я не могла попросить ещё в квартирое. А я, если честно, не поняла, как я вообще смогла напомнить. Мне было ужасно стыдно. И третий раз - не настолько давно, между прочим - был самым обычным. У меня на карточке была одна поездка, только в ту сторону. а обратно, значит, надо просить у папы. Я знала об этом ещё со среды, и думала об этом всю неделю. А потом весь шабат. Ой, ну почему я не могла сказать сразу?! Столько нервов себе попортила... Терпела до последнего. Когда "последнее" наступило, я уставилась в потолок и самым незаинтересованным тоном попросила у папы одолжить мне 14 шекелей. Он одолжил, конечно. Стыдно было, и ещё как. А потом, в следующий свой приезд, я ему вернула. Он очень удивтлся, и даже смутился как-то. Потом спрятал куда-то и сказал, что даст мне, когда мне опять понадобятся деньги. Надеюсь, что никогда.
Слаав Б-гу, кроме этих раз, карточку я получаю нормально. А значит - ночью пихать в рюкзак блузки, юбки и ночную рубашку, в школе выковыривать из-под одежды тетрадки и ручки, а потом с рюкзаком идти на ту же Центральную Автобусную Станцию, и сидеть там часов до двух, поджидая автобуса. Конечно, нормальные люди ездят с остановки у выезда из города, но я - ненормальный человек, а тем более в середине учебного года. Если залезать в автобус там, то придётся стоять всю дорогу, а это добрых полтора часа. А на станции, наоборот, автобус приходит, когда основной наплыв людей уже уехал (тем более семинаристки, и я одна на весь салон в синей школьно-форменной рубашке), и он пустой. Так что я забиваюсь подальше, устраиваюсь впритык к оконному стеклу, и достаю книжку. Правда, я редко читаю, когда к папе еду, чаще просто сплю. Но книжка в руках - это святое.
Приезжаю я часа в три; детки мелкие спят, папа работает, Лейка крутится на кухне. Я захожу, скидываю ботинки, устраиваю портфель на полу под шкафом, привычно отмечая, что Хайка, когда встанет, будет лазить, и надо бы потрфель куда спрятать, но места подходящего нет. Дальше - привычные, уже давно совершающиеся на автомате телодвижения. Зайти на кухню к Лейке, спросить, надо ли чем помочь. Она, конечно, откажется, но потом, где-нибудь через часик, действительно найдётся дело - хоть Хнюфу занять, чтобы не цеплялась за юбку и не лазила в мусор. Потом подойти к шкафу, полюбоваться на книжки. "Есть хочешь?" - это папа. Нет, конечно; скажи я да, будут долго выяснять, чего же я хочу, а это жуть как муторно. "Чего хочешь?" - "А что есть?" - "Нет, ты скажи, чего хочешь" - "Еды" - "А что для тебя еда?" - "Нет, ну я так не могу, ты скажи, что есть, и я выберу" - "Хлеб с хумусом будешь" - "Не-ет... не хочу я есть". Лучше сразу нет сказать, чем валандаться. Потом, конечно, второй сакраментальный вопрос: "А спать?". Чаще всего я отвечаю нет. Иногда - "да, но я всё равно днём не засну". Пару раз я просто задрыхла в кресле. Папа мне потом ужасно сочувствовал, жалел..
Потом папа возвращается к работе, я беру книжку - того же Лазарчука, например - и устраиваюсь в кресле. Папа оборачивается от компьютера - он переводчик, с иврита на русский - и задаёт третий, последний традиционный вопрос: "Тебе удобно? Хочешь чего-нибудь ещё?" Я улыбаюсь и отвечаю что да, мне удобно, и нет, я ничего не хочу. Это просто потрясающий кайф: сворачиваться в кресле с книжкой, ничего не делать, а о тебе заботятся.. мрр). Правда, посидеть так удаётся недолго. Только я вчитаюсь, как Нехамка - блондинистая девица-красавица шести с половиной лет, доселе терпеливо выжидающая - подходит к креслу и подпирает щёки ладонями. И сидит. Смотрит. Я напрягаюсь, но виду не показываю. Больше минуты она не выдерживает. "Хава..." - ну вот, началось, обречённо думаю я, и поднимаю глаза от книжки. "..а ты мне почитаешь?". И тогда, действительно, начинается. Я отказываюсь. Нехама напирает. Я держусь, как партизан на допросе. Нехама настаивает. Папа оборачивается от компьютера и строго напоминает Нехамке, что "Хава приехала вовсе не для того. чтобы читать. Хава в гостях. Она приехала отдыхать". Нехамка притихает. Я испытываю двойственные, даже тройственные чувства. С одной стороны, ура, я наконец-то могу продолжить читать. С другой стороны, виновато думаю я, я всё-таки приехала не в последнюю очередь из-за детей. И наконец, меня неприятно царапает это "в гостях". Вот Лейка, думаю я, никогда не говорит, что я в гостях, наоборот! Так что когда Нехамка, немного подождав, опять принимается за своё, я обычно соглашаюсь. И пока из комнат не выскакивают полуголые встрёпанные мальчишки, а вдалеке не начинает голосить Хайка, я сижу на кресле рядом с Хомкой, и читаю ей вслух.
Когда просыпаются дети, чтение прекращается. Потому что начинается дурдом. От восторженных визгов "Хавка приехала! Ура, Хавка приехала" и до нешуточных попыток мне врезать. Кулачки у них маленькие, но крепенькие и острые. Я спасаюсь тем, что хватаю и за обе руки и переворачиваю вних головой. Оба бешено радуются. Я жалею себя. В конце концов дети уходят играть с Нехамкой, а я вздыхаю с облегчением и опять устраиваюсь в кресле, уже ясно понимая, что это ненадолго. Пройдёт ещё несколько минут, и Нехамка будет плакать, Авромка дуться и порываться стукнуть девицу, а Юдка прыгать у меня по волосам. И хорошо, если Хая будет в благодушном настроении. Правда, я её в любом настроении возьму на колени. А она стащит с меня очки. В общем, всё как всегда.
Дальше... мы с детьми будем разбирать стол и диван, а также собирать с ковра игрушки. Папа будет мыть пол в коридоре. Лейка - жарить пирожки с капустой и с яйцом. Будет играть музыка. что-нибудь по испански, или советские песни, или японский дуэт... Потом папа переоденется в костюм и зажжёт свечи. Вот оно, начало. Свечки чуть-чуть погорят, и он их задует. У этой традиции двойной смысл: во-первых, практический. Если фитили у свечеек обжечь заранее, то они будут лучше гореть. Ну и дховный, конечно. Вообще-то свечки зажигает женщина; а когда пап обжигает свечки, то он как бы получает частичку заповеди... И вот, когда папа уже задулсвечи, надел шляпу и зажёг свою последнюю за эти сутки сигарету - вот тогда-то и начинается шабат. Конечно, после этого ещё будут спешно затлкивать в ванну мелких, дожаривать что-то, расставлять стол. По закону шабат начнётся только тогда, когда Лейка зажжёт свечи и скажет благословление. А практически он начинается тогда, когда мы идём к синагоге встречать папу после майрива. Но на самом деле, честно, понимание что - вот оно... оно как раз тогда, когда папа зажигает последнюю сигарету. И тогда же - "пока", "пока", "пока, папа", хлопает дверь...

Продолжение в следующем посте.

@темы: реал, флэш-бэк, семья

место свободно

главная